Внезапно дошло.
chiffoid
Мардук и Тиамат сражаются не один раз, а регулярно. Снова, и снова, и снова. И Мардук снова и снова побеждает Тиамат, убивает, и делает из её трупа вселенную. И каждый раз так радуется, будто на победил её окончательно. И ни разу не помнит ничего из предыдущих итераций. Поэтому радуется, как в первый раз.

А ещё дошло.
Этот миф всегда рассказывается с точки зрения Мардука. И никогда не рассказывается с точки зрения Тиамат. В основном, потому что она ОКЕАН СОЛЕНЫХ СЛЁЗ.

А ещё потому, что у неё конфликта с Мардуком нет. Тиамат всегда несравненно больше, чем Мардук. Ну серьезно: океан слез и какой-то бородатый мужик с мечом. Даже если в powerarmor’е.

То есть, это Мардук раз за разом идёт на бой с чудовищем. Он раз за разом хочет защитить невинных, хочет приручить огонь, расщепить атом и убить дракона. А Тиамат обо всём этом даже не догадывается. Ни о битве, ни о невинных. И с трудом помнит, которого из её драконов зовут Мардуком.

(no subject)
chiffoid
Важно:
Вилларибо и Виллабаджо отмывают весь этот застаревший жир в холодной воде.
Делать так же – не обязательно.

(no subject)
chiffoid
– Мать твою! Иридий, какого хрена ты делаешь?!
– А что такого? – искренне не понял Иридий, полусидящий на кухонном столе. Живот Иридия был разрезан, и оттуда влажно блестели кишки.
– У тебя, блин, живот разрезан, – отметил очевидное я.
– Ну да, – кивнул Иридий, и уверенным движением сунул внутрь какой-то зажим. – У меня живот болеть начал. Я в интернете глянул, и понял, что аппендицит. Ну и вот…
– Но это врач должен делать!
– Ой, не нуди! Ты же знаешь, как я не люблю врачей! Они сейчас аппендицит вырезать начнут – про панкреатит мой хронический сразу вспомнят, холестерин повышенный найдут, или ещё чего… А у меня нет времени на эту всю хрень. У меня проект горит, выставка через неделю и концерт через месяц… а ещё новый год на носу… дай мне, пожалуйста, ланцет.
Я вспомнил, как выглядит ланцет и оглядел стол в поисках чего-то похожего. Ланцет нашелся в тарелке с Винни Пухом. Рядом лежала упаковка влажных салфеток.
– Но у меня руки грязные!
– Дык вытри. И дай мне ланцет.
Мысленно проклиная всё на свете, я достал со шкафа бутылку бурбона и обильно полил им руки и ланцет. Потом всё-таки протянул ланцет Иридию.
– Но ты же не умеешь делать полостные операции, Иридий… – вяло проблеял я.
– Ну я в интернете видеоуроки смотрел. – Он пожал плечами и поморщился. – И вообще, не переживай…
– Но… а как же анестезия?
– А что анестезия? Лидокаина вкатил, и нормально...

(no subject)
chiffoid
Фоли стоял в перед трибуналом. Хотя, судя по составу, никто особо не собирался его судить. То есть, конечно, какой-то процесс над ним проведут. Но лучшее, что грозило Фоли – смертная казнь.
Ещё монстрыCollapse )

Памятка
chiffoid
Забить себе в голову, можно киянкой:
В среднем по больнице, человеку, который сделаль, приятнее, когда ему говорят "спасибо", или просто положительно высказываются о работе, чем когда задают миллион вопросов о том, "а почему здесь вот так?" или "а зачем вот эта хреновина?"

Понять нельзя, запомнить.

Монстры
chiffoid
– Mama mia, Антонио, что с этим парнем?
– Всё в порядке, дружище, это Гонсалес – он только что пробежал марафон.
– Но почему он бегает кругами всё то время, что мы сидим здесь?
– Это случается с Гонсалесом. Говорю же, он бежал марафон, и совсем выбился из сил, бедняга. А потом, у него открылось второе дыхание.
– И почему же он пробегает мимо нашего окна уже в сотый раз?
– Его второе дыхание открылось за тридцать метров до финиша.
– Mama mia!..
– Говорю же тебе, это случается с нашим Гонсалесом. Как-то раз, он замешкался с воскресной уборкой, и в итоге сделал ремонт во всём своём квартале!
– Mama mia!..
– Но, по крайней мере, хорошо, что он расстался с Кончитой.

Ещё монстров, хороших и разных
chiffoid
– Я придумаль, – безо всяких прелюдий сказаль Юйи. – Нам нужно поджечь бордель!
– Чта? – не поверил я своим ушам. Юйи, по крайней мере, тот Юйи, которого я знал, всегда казался мне невероятно благоразумным человеком.
– Поджечь бордель, – повториль Юйи.
– Зачем? – удивился я. Юйи пожаль плечами.
– Горящий бордель – это всегда весело, – поясниль он.
– Ну не знаю… – засомневался я. Не то, чтобы я был так уж несогласен с Юйи, но слишком многое в этой затее меня смущало. Юйи, тем временем, продолжаль.
– Смотри, ты возьмёшь себе какую-нибудь двухметровую мулатку без груди. А я, скажем, тайского транса и какую-нибудь фигуристую блондинку. И как только мы пройдём “в нумера”, бордель загорится. Все начнут бегать, суетиться, прыгать из окон…
– Эээ… – только и смог ответить я.
– Да не волнуйся, там же уже будет натянут батут.
– Батут? – переспросил я.
– Ну да, – сказал Юйи так, будто это было очевидно. – Я договорилься с пожарными, чтобы они там рядом постояли. А как только начнется пожар, они тут же натянут батут.
Я хотел что-то сказать, но забыл что. Юйи, видимо, заметиль замешательство на моём лице, и добавиль.
– Со скорой я тоже договорилься, – они развернут прямо там полевой госпиталь, и поставят пару машин. На случай, ессли что-то пойдёт не так.
– Ну не знаю… – наконец смог сказать я. – Мне кажется, в горящем борделе обязательно что-то пойдёт не так…
– Ну да… – слегка смущенно сказаль Юйи. – Так что я договорился с несколькими знакомыми каскодёрами, чтобы они подменили в этот день сотрудниц борделя. И знаешь, что забавно? Среди них есть двухметровая мулатка без груди, тайский транс и фигуристая блондинка. Представляешь, как совпало!..

А потом ещё выяснилось, что администрация борделя как раз задумывала кап.ремонт...

Теперь все анекдоты...
chiffoid
Такое очень своеобразное, слегка противоречивое и немного неловкое чувство.
Вот есть у тебя, например, герои. Симпатичные ребята, которые умеют решать проблемы. И ты такой думаешь: а засуну-ка я их в антиутопию. Сказано – сделано.
И ты начинаешь придумывать им антиутопию.
Вот, например, это будет такая Империя с замашками на теократию. А правит ей Император. А помогают ему жрецы Злых Богов Зла и их друзья – инквизиторы в белых пальто.
А еще, обязательно нужны штурмовики (какая без них антиутопия?) в противогазах и их младшие товарищи – сознательные граждане, которые легально учиняют ультранасилие над своими не слишком сознательными соседями.
А еще, у Империи обязательно должны быть Враги – каждое первое крупное государство, расположенное по соседству. А мелкие – либо друзья, либо шестёрки врагов.
Поэтому уровень hate-crimes и обычного уличного насилия в этой Империи очень высокий. В общем, куча мобов самых разных уровней крутости.
А еще, в уголовном кодексе империи есть множество victimless crimes, для борьбы с которыми она прослушивает почту и читает телефоны. И это, вроде как, отличный способ вляпать героев в приключение...
Но в это самый момент, ты, вдруг понимаешь, что сеттинг получается какой-то совершенно не реалистичный, и в такую хрень никто не поверит. Грустно вздыхаешь, звонишь знакомому некроманту, и спрашиваешь его: а не нужен ли ему очередной МакГаффин?
А то мало ли.

Все дворецкие делают это.
chiffoid
Примерно с детства мне рассказывали про такое удивитеное явление, как “взрослые люди”. Они умные, они ответственные, они, короче, такие добрые волшебные инопланетяне, которые… ну, короче, вообще. И у меня, вроде, не было повода не верить.
И вот, лет, наверное, в пятнадцать, мне, вдруг, стало можно общаться с людьми на пять-десять-пятнадцать-тридцать лет старше меня просто так. Не как "взрослый и невзрослый", а просто как два человека, которым есть зачем/о чём пообщаться. И я с удивлением обнаружил, что "взрослых не бывает". По крайней мере тех, про которых мне рассказывали, и которых я себе придумал.
То есть, вот, вроде, взрослый дядька. Ему сорок. Или даже пятьдесят. Он видел в жизни кое-какое дерьмо, достиг каких-то успехов. У него высшее образование, жена, кредитный Солярис, двадцатилетний сын-балбес и котик. А вот девочка-подросток. Ей тринадцать лет, она учится в школе, ходит во все кружки радиусе десяти километров от дома, и, иногда, забирает младшего брата из детского сада.
И дядька, вроде бы, старше, опытнее, и имеет больше навыков. Но нифига не взрослее. Даже не факт, что ровесник.
А вот другой взрослый дядька. Менеджер верхнего звена с парой тысяч человек под управлением. И он, вдруг, сталкивается с проблемой без готового решения. И сама проблема, например, пустячная – двадцать минут гуглить, пятнадцать думать.
Но ему это не важно. Как не важно то, что он бородат и, местами, сед. Сейчас ему снова двенадцать, и у него новый набор Lego. И не важно, что прямо за стеклянной дверью у него этого Lego даже не на один, не на два, и даже не на сто миллионов денег, а это крохотный наборчик с полицейским вертолетом, который ему подарили в школе. Такого набора там нет.
Или, нечто совсем другое. Три девочки-первоклашки, которые никак не могут дружить между собой, потому что две из них постоянно ревнуют третью друг к другу. Ревнуют так, что огребают все, включая юную femme fatale, и взрослых, которые вовремя не увернулись.
И эти три девочки, которых угораздило собраться вместе, устраивают КОНЦЕРТ. Который с божьей помощью, чьей-то матерью и прочими шутками-прибаутками разгребаются.
Немного позже, я пересказываю это, уже с бугагашечками, родителям кого-то из. Они вздыхают, качают головой, но “они же дети…” А через неделю, я наблюдаю ровно такой же номер (местами, даже с такими же диалогами) в исполнении людей, которым уже четвертый десяток скоро.
И я бы даже подумал, что это у меня некачественный круг общения, в котором сплошь “кидалты” да творческие личности, но ведь нет. Я же, иногда, наблюдаю в естественных условиях и “нормальных людей”, и “настоящих мужиков” (обоих полов, да). Эти ребята серьезны, как Брюс Уиллис в финале Армагеддона, или Шварцнеггер перед прыжком в домну. Они ни за что ннне признают себя сорокалетними подростками.
Но, эти просто больше любят играть в Барби, и спорить, чей папа чьего поколотит.
Вот.
– Тут есть кто-нибудь взрослый?
– Я играл взрослого в кино!..

Цирк
chiffoid
Без клоунов-убийц (почти), а просто цирк. Я в это воскресенье, внезапно, ходил в цирк.
До этого я последний был в цирке то ли в каком-то очень раннем детстве, то ли никогда. То есть, возможно, я был но не помню этого. Зато помню трусы, в которых Сигурни Уивер ползала по вентиляции на Ностромо. Странная штука память, да.
И из этого воскресного похода в цирк я для себя выяснил следующее:

– Меня совершенно не впечатляют дрессированные животные. Более, того. Мне как-то даже немного грустно и обидно наних дрессированных смотреть.
Потому что, вот есть клевая животина. Животина которая очень круто бегает на своих крутых и замечательных скриптах. И эту животину не слишком аккуратно дорабатывают напильником, чтобы она делала какие-то бессмысленные вещи. Такой биоробот-бонсай в корсете с силиконовой грудью и 33м размером ноги. Только котик.
– Клоуны и фокусники не впечатляют сами по себе. Но прочно ассоциируются с клоунами-убийцами и прочей карнавально-цирковой крипотой. И в этом контексте играют новыми красками.
– Акробаты и гимнасты – это очень круто. Совершенно непонятно, потому что воспринимается ни разу не головой, а совсем даже эмоциями. Даже более эмоциями, чем музыка, внезапно. Круто, но непонятно, но круто, но непонятно... <и так двадцать пять раз>
– Слоны – это очень круто. Во-первых, потому что слоны, оказывается, совсем даже не неуклюжие, а вовсе даже изящные и грациозные. При этом, да, у нох дохренища массы-инерции, но они отлично себя чувствуют и управляют собой. Во-вторых, слоны (а еще киты и дельфины, но их там не было) могут быть дрессированными, и не выглядеть при этом резной какахой. Может, я, конечно, ничего не понимаю, и все придумываю, но слоны (как дельфины, да) производят впечатление умных зверей, которым это все по-приколу. Вот.
– Зрители ist kreig. Три раза перед началом представления и два раза в антракте, русским по белому сказали: отключите телефоны, не снимайте, не фотографируйте. Естественно, все сидят и пялятся в телефоны. Естественно, чуть что, зрители начинают фотографировать (мужик, сидевший позади меня вообще фотоаппарат с большим объективищем расчехлил), а специально обученная бабка бегает между рядами, шипит и плюется кислотй. Ну черт с ней с бабкой, черт с ним с объективищем... Но это странно. Как вообще так?

?

Log in